Мое беспокойство

Вторник, 02 Апр 2013, 15:16 | Рубрика: История в лицах
Метки:

Мое беспокойство, что из-за плохого знания русского языка возникнут трудности, оказалось напрасным. Метод Берлица в том и заключался, что почти весь учебный материал педагог излагал учащимся на изучаемом иностранном языке, прибегай к наглядному показу вещей, о-которых идет речь, стараясь как можно меньше говорить на родном языке обучаемых.

Я думал о том, что же будет, когда урок кончится: оставит ли меня ученица поговорить или же сразу распрощается и мне нужно будет уйти.

За час мы прошли два урока по постановке произношения, а к концу занятия я диктовал ученице текст песни «Вечерний звон», по которому можно было отработать звук «th».

Время кончилось, когда она успела записать только первую строфу. Екатерина Васильевна встала и напомнила, что урок кончился.

— Не беда, — сказал я, — спокойно запишите текст до конца.

Бросив на меня удивленный взгляд, она продолжала писать под диктовку. Когда же тетрадь была закрыта, она строго сказала:

— Я не хотела нарушать ваш план. На будущее прошу, давайте заканчивать урок точно. Если каждый ваш ученик не будет придерживаться этого правила, у вас получится неразбериха.

Я сказал, что в будущем буду придерживаться этого правила, а сегодня у меня других уроков нет, так что на сегодня я полностью свободный человек. С остальными же я начну занятия завтра и послезавтра.

— Если у вас есть время и желаний, я вас охотно немного задержу. Но одно дело урок, другое — дружеский разговор, Я очень люблю «Вечерний звон». У нас эту песню часто поют.

И она негромко запела:

Вечерний звон, вечерний звон. Как много дум наводит он…

Ее чистый как колокольчик голос совершенно очаровал меня. Я попросил, чтобы она спела всю песню.

Поколебавшись, она спела.

Это было очаровательно.

— Не думайте, пожалуйста, что я ломаюсь, — заметила’она после небольшой паузы. — В Петрограде я одно время училась мнению, но у меня что-то было не в порядке с голосовыми связками, и врачи запретили мне петь. Проучившись три года, я оставила пение и с тех пор пою очень редко и только для себя.

Я слушал ее, но’ одна и та же мысль не переставала мучпть меня: есть ли у нее кто-нибудь.

Комментарии закрыты.